Центр изучения традиционной культуры Европейского Севера
СЕВЕРНЫЙ (АРКТИЧЕСКИЙ) ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени М.В. Ломоносова
ГЛАВНАЯ НАУЧНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КООРДИНАЦИЯ ЭКСПЕДИЦИЙ
2008-2011 (Русский Север)

ПУБЛИКАЦИИ

УЧЕБНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Расписание занятий

  Очное отделение   Заочное отделение

  Магистратура

  Аспирантура

ПРОЕКТЫ

ТОПОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ АРХИВА

ФОЛЬКЛОР В СЕТИ ИНТЕРНЕТ

ПУБЛИКАЦИИ / Народная культура Русского Севера. Живая традиция: Материалы республиканской школы-семинара (10 – 13 ноября 1998 г.). Вып. 2 / Отв. ред. Н.В. Дранникова, Ю.А. Новиков. – Архангельск: Изд-во Поморского государственного университета, 2000. – 136 с.

« вернуться к содержанию

Добровольская В.Е. Суеверные представления «на случай» (по материалам Архангельской, Кировской, Ярославской и Владимирской областей)

Прежде чем рассмотреть суеверные представления «на случай», необходимо остановиться на значении самого термина «суеверные представления». Этим термином мы обозначаем содержание текстов, функцией которых является утверждение определенных поведенческих установок обрядового или ритуального характера. Их можно разделить на подгруппы по двум критериям. Первым является характер самой поведенческой нормы (магический: заговорно-заклинательный или невербально-магический, и бытовой: запретительный или утвердительный). Вторым – наличие или отсутствие мифоритуальной мотивировки этой нормы. В первом случае исполнитель приводит мотивирующее данную поведенческую норму поверье, во втором, с утратой традиционных представлений, – просто констатирует, что так поступают все; иногда отсутствует и такая мотивировка.

В итоге можно установить следующие подгруппы содержательных элементов текстов, отражающих суеверные представления. Прежде всего, это запреты на совершение определенных действий. Они всегда мотивированы, например: «Казанска грозный праздник, нельзя работать-то. Поработашь, так всю работу разметат, в пусту работать будешь». Вторую группу составляют заговоры (вербальные магические действия), которые в силу своей направленности также имеют мотивировку. Третью подгруппу составляют невербальные магические действия, сопровождаемые мотивировкой, например: «Вот пожар разгорелся-то, берешь пасхально яичко и кидашь в пожар. Огонь-то утихнет, свечкой встанет и не кинется на соседни дома». И, наконец, четвертой подгруппой являются обычаи, те поведенческие нормы обрядового характера, лишенные мотивировки. Обычаи либо никогда не имели этой мотивировки, либо утратили в связи с постепенным ослаблением традиции.

Иногда лишь знание или незнание мотивировок исполнителями диктует приуроченность текстового фрагмента к той или иной группе. Поэтому зачастую единые по смыслу тексты попадают в различные группы.

Суеверия как формы обрядового поведения могут проявляться в самых разных жанрах фольклора (прежде всего в таких, как гадания, поверья, приметы, былички и так далее). Классифицируя соответствующие тексты по функции и по жанру, мы можем выделить четыре группы суеверий. Во-первых, это те, которые связаны с календарным фольклором. Вторую группу составляют суеверия, связанные с семейными обрядами. Третью образуют тексты демонологического характера. И, наконец, четвертая формируется из текстов, призванных прокомментировать некие единичные, частные или окказиональные ситуации. Собственно, им и посвящена статья.

Суеверия «на случай» в описываемом нами регионе имеют чрезвычайно разнообразный характер и затрагивают практически все события единичного характера, происходящие как в жизни одного человека, так и целой деревенской общины. Необходимо отметить, что суеверия «на случай» могут выступать в роли предупреждения (например: «Робенков ругать нельзя, особливо к черту посылать, беспременно ребенка унесеть») и в роли рецепта устранения недостачи: «Вот пожар начинается, все заполохнется, так иконку надо взять, Неопалима Купина называется, и обойти-то дом вокруг – пожар-то и утихнет».

Суеверия «на случай» могут выступать в роли продолжения суеверий других групп. Например, излагая суеверие календарного характера о заготовлении троицкой зелени, исполнители не рассказывают о ее применении в Троицу. Иными словами, речь здесь идет о календарном обычае, ритуальная мотивировка которого отсутствует: «Так всегда-то делают». При рассказе же о магических средствах защиты от грызунов исполнители описывают средство невербальной магии, в котором используется именно троицкая зелень, хотя саму Троицу при этом не упоминают: «Берешь троицку березку, что у боженки стоит-то и поверх картошки ложишь. Мышов тогда не будет, не пожрут картошку-то». Здесь суеверие «на случай» (нашествия грызунов) оказывается прямым продолжением календарного суеверия.

Очень часто суеверия «на случай» связаны с какими-либо видами трудовой деятельности: строительством дома, прядением, доением коровы и т.д. Например, увидев строящийся дом, необходимо произнести магическую формулу: «Чтоб черви съели», что должно обезопасить новый дом от пожара. «Вот скажешь-то так, и дом не сгорит-то, а сам сгниет от старости».

Еще одна группа суеверий «на случай» затрагивает формы обрядового поведения за столом. Это могут быть обычаи: «Хозяин всегда супротив хозяйки должен садиться». Мотивировка этого действия в наших записях отсутствует. Это может быть запрет: «Никогда-то нельзя в рюмке на донце оставлять, на хозяина тогда зло держишь» или «Нельзя крошки со стола голой рукой стряхивать, добро все из дома сметешь». И, наконец, это могут быть невербальные магические действия: «Вот когда соль просыпешь-то на стол, надо-то ее в платочек собрать али в тряпочку каку, узелочком-то завязать, и за дом-то вынести, повернуться-то к дому лицом и чрез плечо-то и кинуть, из дома значит сору выкинуть».

Особую группу составляют невербальные магические действия, ситуативно обусловленные болезнью человека. Они в основном являются продолжением суеверий, связанных с календарем или с семейными обрядами. Так, например, в рассказах о свадьбе часто упоминается необходимость сохранить венчальную свечу, причем обычно отмечают, что она может понадобиться при родах или на похоронах. Однако при рассказах о болезни человека почти всегда говорят о том, что для снятия боли и успокоения больного необходимо «венчальну свечку зажечь, и успокоится он, боль-то и пройдет».

Чрезвычайно интересные суеверия в настоящее время встречаются очень редко. Это суеверия, связанные с прекращением эпидемий. В наших записях имеются тексты, в которых рассказывается о невербальных магических действиях, призванных защищать сельскую общину от холеры или от ящура. «Вот, тетка моя, она красива-то была, в девках она еще была, рассказывала, что холера была у них, прям така холера. Так, девки в рубахах вокруг деревни-то, утром в рубахах одних, обежали-то или объехали, не помню, она-то делала, мы не делали-то, чтоб значит холеры не было. Вот, значит, надо вокруг деревни обежать-то».

Особую разновидность суеверий «на случай» образуют тексты, связанные со снами и их толкованием. Как правило, речь идет об обычаях, мотивировка которых утрачена: «Когда снится горох – это к слезам» или «Вот серьги снятся-то – к веселию». Иногда это могут быть невербальные магические действия. Так, например, существует способ устранить последствия плохого сна. Для этого необходимо «одежду свою нижню, в чем спишь-то, повывернуть, первернуть всю, постелю-то первернуть и лечь обратно?то. И сон этот рассказать. Вот, как расскажешь, так вставай, а постелю-то оставь первернутой. Сон-то этот первернется, хорош станет». Очень редко в этой разновидности встречаются заговоры и молитвы, обращенные в основном к Иосифу Прекрасному, с просьбой даровать просящему сон или отвести ночной кошмар.

Сохранившимися в обиходе и активно использующимися в наше время являются суеверия на нахождение потерянной вещи. Их знают и применяют пожилые исполнители, но их можно записать и от детей. Обращение к мышке с просьбой вернуть вещь чрезвычайно распространено во всех возрастных группах. Однако в детском коллективе возникают и другие персонажи, к которым обращаются при потере вещи. Это могут быть домовой, черт, бумбарашка, троллик, Мармеладный гномик, Баба-Яга и т.д.

Практически полностью вышли из обихода суеверия, связанные с одеждой. Лишь изредка удается записать суеверия, касающиеся цвета или способа завязывания платка; «Девка-то только красненький носит, под шеей его вязать надо, а то как петля-то Иудина на шее-то». Однако необходимость ношения платка осознается практически всеми. Иногда от девочек приходилось записывать: «Без платка ходить нельзя, тебя испортить могут. Ну, платок не хочешь, шапку одень, только голова должна закрытой быть». Старшее поколение не только говорит о запрете женщине появляться простоволосой, но и предупреждает об опасностях, угрожающих при этом как самой женщине, так и всей сельской общине. «Вот Матрена-то проспала к скотине-то, и выскочила-то корову гнать без платка-то, простоволоса, пастух-то ее кнутом огрел, ругал ее, а что толку — у коров-то с неделю молока не было, спортила она коров-то». Существует, однако, суеверие этого же типа, которое сохранилось не только в деревне, но и в городской среде – это запрет носить вывернутую одежду. Достаточно традиционным является высказывание типа: «Раз рубаху наизнанку одел – битым быть». Однако часто встречаются и более подробные рассказы, в которых повествуется о трагических событиях в жизни человека, одевшегося неправильно: «Вот у Митрия, сынок-то был, рубаху одел-то наизнанку, Митрий говорит: «Перьодень», а тот спешил что ли что, махнул: «Ладно!», так и каки-то парни на его напали, побили его да так шибко. Он поболел-то и помер. Рубаху вишь наизнанку-то одел».

Нами затронуты лишь отдельные разновидности суеверий «на случай», мы не имеем возможности рассмотреть каждую из них. Необходимо лишь отметить, что суеверия данного типа пронизывали все сферы жизни как отдельного человека, так и всей общины.


© Добровольская В.Е., 2000

Авторизация
Логин
Пароль
 
  •  Регистрация
  • 1999-2006 © Лаборатория фольклора ПГУ

    2006-2017 © Центр изучения традиционной культуры Европейского Севера

    Копирование и использование материалов сайта без согласия правообладателя - нарушение закона об авторском праве!

    © Дранникова Наталья Васильевна. Руководитель проекта

    © Меньшиков Андрей Александрович. Разработка и поддержка сайта

    © Меньшиков Сергей Александрович. Поддержка сайта

    Контакты:
    Россия, г. Архангельск,
    ул.  Смольный Буян, д. 7 
    (7-й учебный корпус САФУ),
    аудит. 203
    "Центр изучения традиционной культуры Европейского  Севера"
    (Лаборатория фольклора).  folk@narfu.ru

    E-mail:n.drannikova@narfu.ru

    Сайт размещен в сети при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований. Проекты № 99-07-90332 и № 01-07-90228
    и Гранта Президента Российской Федерации для поддержки творческих проектов общенационального значения в области культуры и искусства.
    Руководитель проектов
    Н.В. Дранникова

     

    Rambler's Top100

    Наши партнеры:

    Институт мировой литературы РАН им. А.М. Горького

    Отдел устного народно-поэтического творчества
    Института русской литературы
    (Пушкинский дом) РАН

    Московский государственный университет имени М.В.Ломоносова

    UNIVERSITY OF TROMSØ (НОРВЕГИЯ)

    Познаньский университет имени Адама Мицкевича (Польша)

    Центр фольклорных исследований Сыктывкарского государственного университета

    Центр гуманитарных проблем Баренц Региона
    Кольского научного центра РАН

    Институт языка, литературы и истории КарНЦ РАН

    Удмуртский институт истории, языка и литературы УрО РАН

    Государственный историко-архитектурный и этнографический музей-заповедник КИЖИ

    Министерство образования, науки и культуры Арханельской области

    Архангельская областная научная библиотека им. Н.А. Добролюбова

    Отдел по культуре, искусству и туризму администрации МО
    " Пинежский муниципальный район "

    Институт математических и компьютерных наук Северного (Арктического) федерального университета имени М.В. Ломоносова

    Литовский эдукологический университет