Центр изучения традиционной культуры Европейского Севера
СЕВЕРНЫЙ (АРКТИЧЕСКИЙ) ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени М.В. Ломоносова
ГЛАВНАЯ НАУЧНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КООРДИНАЦИЯ ЭКСПЕДИЦИЙ
2008-2011 (Русский Север)

ПУБЛИКАЦИИ

УЧЕБНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Расписание занятий

  Очное отделение   Заочное отделение

  Магистратура

  Аспирантура

ПРОЕКТЫ

ТОПОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ АРХИВА

ФОЛЬКЛОР В СЕТИ ИНТЕРНЕТ

ПУБЛИКАЦИИ / Народные культуры Русского Севера. Фольклорный энтитет этноса. Выпуск 2: Материалы российско-финского симпозиума (Архангельск, 20–21 ноября 2003 г.) / Отв. ред. В.М. Гацак, Н.В. Дранникова. – Архангельск: Поморский университет, 2004. – 248 с.

« вернуться к содержанию

Кляус В.Л. О некоторых влияниях русской заговорной традиции на бытование заговорно-заклинательного фольклора удмуртов

В районах компактного проживания разных этносов, как известно, происходит взаимодействие их фольклорных традиций1. Интенсивность этого процесса зависит от многих факторов, причем не только социальных, но и обусловленных жанровой спецификой фольклорных произведений. Заговорно-заклинательный фольклор весьма показателен в данном отношении. Факты проникновения в русскую традицию текстов иноэтнического происхождения и, наоборот, русских заговоров в другие традиции не раз отмечались и описывались исследователями2.

Одной из интересных зон этнокультурного пограничья в европейской части России является Север Республики Удмуртия, где проживают четыре большие этнические группы – русские, удмурты, бесермяне и татары. Влияние русского фольклора на фольклор рядом живущих народов особенно ярко виден на примере песенных традиций3. Понятно, что и другие жанры в той или иной степени подвержены влиянию. Причем, подчеркнем, оно имеет взаимный характер.

Влияние русских традиций на фольклор удмуртов, конечно же, в определенной степени связан с христианизацией последних. Но и русские этого региона были приобщены к религиозной языческой обрядности удмуртов4, что, в свою очередь, видимо, способствовало удмуртскому влиянию на несказочную прозу русского населения5.

В рамках настоящей работы мы рассмотрим факты русского воздействия в сфере бытования заговорно-заклинательного фольклора, которые обнаружились у удмуртов Дебесского района, расположенного в северо-восточной части Республики Удмуртия.

В одной удмуртской семье с. Дебесы мы ознакомились с двумя рукописными тетрадками, содержащими заговорные тексты. Молодая женщина – А.Э., владелица этих тетрадей, рассказала нам, что одну она составила сама под диктовку своей бабушки, а вторая досталась ей от ушедшей из жизни Ф.С. Сумцовой, 1911 г.р., также удмуртки.

Тетради, хотя внешне и похожи (школьные, 12-страничные, в линейку), по своему содержанию значительно отличаются друг от друга.

Рукопись, некогда принадлежавшая Ф.С. Сумцовой, представляет собой типичную для русской заговорной традиции последних десятилетий “волшебную тетрадку”. Почти все ее тексты восходят к сборнику Л. Майкова “Великорусские заклинания”6. Первые два, не обозначенные функционально, взяты из раздела “От грыжи (от белой грыжи или хомута)”: № 125 и № 126–127 (в тетрадке два текста сконтаминированы). Следующие три заговора идут под рубрикой От порчи, сглаза. Один из них – это № 215 сборника Л. Майкова (№ 215). Затем – восемь текстов Заговора от крови, соответствующие № 141, 146, 147, 149, 152, 155, 158, 162 “Великорусских заклинаний”. Среди них помещен и текст, функционально относящийся к другой группе: в сборнике Л. Майкова он находится в разделе “От запоя и похмелья” (№ 208). Последние два – Заговоры от грыжи и Заговор от запоя и похмелья – соответствуют № 122, 207 “Великорусских заклинаний”.

Разночтения между заговорами сборника Л. Майкова и тетрадки есть, но они незначительны – изменения словоформ, добавление формул (типа “Во имя Отца и Сына и Святого Духа”). Обнаруженная нами рукопись вряд ли восходит непосредственно к собранию Л. Майкова, которое уже в наши дни было переиздано в 1994 г.7 Вероятнее всего, тексты переписывалась с какого-то популярного издания заговоров, в которых майковский сборник перепечатывался в том или ином объеме, которые появились в России в начале 90-х гг. прошлого столетия8.

Вторая тетрадка, с которой нам удалось ознакомиться, составлена, как мы уже указывали, самой владелицей со слов ее бабушки. Текст, с которого начинается рукопись, представляет собой предписание, какие молитвы, как и когда нужно читать, при этом его стилистика показывает, что он действительно писался под диктовку: “Перед началом всякого дела мысленно помолись: Господи, благослови! По окончании дела мысленно поблагодари Господа: Слава Тебе, Господи. Отче наш читать можно за день 50 раз. Богородице тоже за один можно 50 раз. Живый помощь 3 раза учи наизусть учи это [от] колдунов хорошо на ночь Да Воскреснет Бог тоже”.

Практически вся данная тетрадка состоит из молитв – Молитва Святому Духу, Молитва Присвятой Троице, Молитва Господня, Хвалебная песнь Богородице и другие. Большинство этих текстов на русском языке. На удмуртском языке лишь две молитвы – Живый помощь и без названия, начинающаяся словами, насколько мы смогли разобрать, “Та дуннены ожытаж улоно жог быремыхъ азьвылчес…”9 Кроме молитв, в тетрадке имеется поминальная песня (на удмуртском языке), исполнявшаяся, по словам хозяйки, во время похорон и поминок. Заговоров в тетрадке только два. Они невелики по объему. Функционально они относятся к одной группе – “от кровотечения”. Примечателен их языковой состав. Один из них – на русском языке:

                Заговор крови
				Рыжий мерин	
				Встал на камень	
				Взял топорище	
				Все заговорище. Аминь	

Другой текст – на удмуртском языке:

            Вик кыя.
			Кызьы ке корт андан сталь чида, со музэн 	
			ик раба Божий …	
			вирыз мед чидалоз.10

Присутствие в одной тетрадке молитв и заговоров типично для русской рукописной традиции, что проявилось уже в XVII столетии11. В исследованиях заговорно-заклинательного фольклора удмуртов мы не встретили упоминаний письменного бытования заговорных текстов12. Вероятнее всего, это достаточно редкое явление. И здесь мы можем сделать предположение, что появление у удмуртов Дебесского района рассмотренной нами “волшебной тетрадки” произошло не без влияния русской традиции.

Наличие в репертуаре удмуртской исполнительницы двух текстов, удмуртского и русского – весьма показательное явление. Вряд ли бабушка, надиктовавшая эти тексты, была большим знатоком заговорно-заклинательного фольклора. Если бы это было так, заговоров в тетрадке оказалось бы значительно больше. Обращают на себя внимание также простота обоих текстов и обыденность для крестьянского быта болезни, против которой они направлены. Два последних обстоятельства, на наш взгляд, и послужили причиной того, что русский Заговор крови использовался удмуртской женщиной.

В целом, представленный нами материал показывает, что русский заговорный фольклор в определенной степени влиял на заговорно-заклинательные традиции удмуртов, в частности, на характер бытования текстов и репертуар удмуртских знахарок. Но данная тема требует более глубокого исследования с привлечением новых записей заговорно-заклинательного фольклора удмуртов, сделанных, в том числе, с применением современных методик и технологий.

Примечания

1 Соктоев А.Б. Фольклорные контакты русского старожильческого населения и коренных народов Сибири // Славянские литературы, культура и фольклор славянских народов. М., 1998. С. 455–464.

2 К примеру, на материале белорусских и литовских традиций это было убедительно показано М.В. Завьяловой (Балто-славянский заговорный текст: лингвистический анализ и картина мира. М., 1999); о влиянии русской заговорной поэзии на мордовскую см.: Самошкин А.Г. О русско-мордовских фольклорных связях в заклинательной поэзии // Вопр. финно-угроведения. Вып. 6. Саранск, 1975. С. 332–338); о заимствованиях русскими заговоров народов Амура см.: Болонев Ф.Ф. Русский календарно-обрядовый фольклор Сибири и Дальнего Востока / Сост. Ф.Ф. Болонев, М.Н. Мельников, Н.В. Леонова; Под ред. Т.Г. Леоновой. Новосибирск, 1997. С. 272.

3 См.: Стародубцева С.В. Русская хороводная традиция Камско-Вятского междуречья. Ижевск, 2001. С. 112 –120.

4 Шутова Н.И. Дохристианские культовые памятники в удмуртской религиозной традиции. Ижевск, 2001. С. 33.

5 Владыкина Т.Г. Удмуртский фольклор. Проблемы жанровой эволюции и систематики. Ижевск, 1998. С. 194

6 Майков Л.Н. Великорусские заклинания // Зап. РГО по отделению этнографии. СПб; 1869. Т. 2. С. 419–580.

7 Великоруски заклинания. Сборник Л.Н. Майкова / Под ред. А.К. Байбурина. СПб., 1994.

8 Васильева И.А. Целитель набирает силу. Новосибирск, 1993; Она же. Сам себе целитель. Новосибирск,1992; Кривцов А.С., Кривцова Л.П. Лечение молитвами и святым воском. Донецк, 1992; Молитвы, заговоры, приметы / Сост. Т.Д. Уманец. Днепропетровск, 1992.

9 Вероятно, следует читать: “Та дуннеын Цжытак улоно жог быремысь азьвылгес”, дословно: “На этом свете надо еще немного пожить перед скорой смертью”. Благодарю за помощь в переводе преподавателей Удмуртского госуниверситета (Ижевск) к.ф.н. Т.Г. Пантелееву и к.и.н. С.К. Белых.

10 Вик кыя. Как металл-сталь терпит, так же и раб божий… кровь пусть потерпит (Перевод заговора сделан М.Б. Рупасовой, за что автор приносит ей сердечную благодарность).

11 См.: Отреченное чтение в России XVII–XVIII веков / Отв. ред. А.Л. Топорков, А.А. Турилов. М., 2002.

12 Верещагин Г.Е. Собр. соч.: В 6 т. Т. 3. Этнографические очерки. Кн. 1. Ижевск. 1998; Владыкина Т.Г. Указ. соч.

Авторизация
Логин
Пароль
 
  •  Регистрация
  • 1999-2006 © Лаборатория фольклора ПГУ

    2006-2017 © Центр изучения традиционной культуры Европейского Севера

    Копирование и использование материалов сайта без согласия правообладателя - нарушение закона об авторском праве!

    © Дранникова Наталья Васильевна. Руководитель проекта

    © Меньшиков Андрей Александрович. Разработка и поддержка сайта

    © Меньшиков Сергей Александрович. Поддержка сайта

    Контакты:
    Россия, г. Архангельск,
    ул.  Смольный Буян, д. 7 
    (7-й учебный корпус САФУ),
    аудит. 203
    "Центр изучения традиционной культуры Европейского  Севера"
    (Лаборатория фольклора).  folk@narfu.ru

    E-mail:n.drannikova@narfu.ru

    Сайт размещен в сети при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований. Проекты № 99-07-90332 и № 01-07-90228
    и Гранта Президента Российской Федерации для поддержки творческих проектов общенационального значения в области культуры и искусства.
    Руководитель проектов
    Н.В. Дранникова

     

    Rambler's Top100

    Наши партнеры:

    Институт мировой литературы РАН им. А.М. Горького

    Отдел устного народно-поэтического творчества
    Института русской литературы
    (Пушкинский дом) РАН

    Московский государственный университет имени М.В.Ломоносова

    UNIVERSITY OF TROMSØ (НОРВЕГИЯ)

    Познаньский университет имени Адама Мицкевича (Польша)

    Центр фольклорных исследований Сыктывкарского государственного университета

    Центр гуманитарных проблем Баренц Региона
    Кольского научного центра РАН

    Институт языка, литературы и истории КарНЦ РАН

    Удмуртский институт истории, языка и литературы УрО РАН

    Государственный историко-архитектурный и этнографический музей-заповедник КИЖИ

    Министерство образования, науки и культуры Арханельской области

    Архангельская областная научная библиотека им. Н.А. Добролюбова

    Отдел по культуре, искусству и туризму администрации МО
    " Пинежский муниципальный район "

    Институт математических и компьютерных наук Северного (Арктического) федерального университета имени М.В. Ломоносова

    Литовский эдукологический университет