Центр изучения традиционной культуры Европейского Севера
СЕВЕРНЫЙ (АРКТИЧЕСКИЙ) ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени М.В. Ломоносова
ГЛАВНАЯ НАУЧНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КООРДИНАЦИЯ ЭКСПЕДИЦИЙ
2008-2011 (Русский Север)

ПУБЛИКАЦИИ

УЧЕБНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Расписание занятий

  Очное отделение   Заочное отделение

  Магистратура

  Аспирантура

ПРОЕКТЫ

ТОПОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ АРХИВА

ФОЛЬКЛОР В СЕТИ ИНТЕРНЕТ

ПУБЛИКАЦИИ / Народные культуры Русского Севера. Фольклорный энтитет этноса. Выпуск 2: Материалы российско-финского симпозиума (Архангельск, 20–21 ноября 2003 г.) / Отв. ред. В.М. Гацак, Н.В. Дранникова. – Архангельск: Поморский университет, 2004. – 248 с.

« вернуться к содержанию

Муллонен И.И. Древние дороги Обонежья

Топонимия обладает рядом свойств, позволяющих использовать ее в целях историко-культурного исследования. Важно, что в географических названиях отражаются объективные свойства окружающего мира. Не менее существенны исключительная устойчивость топонимов во времени, а также привязка их к местности.

Дорога всегда играла исключительно важную роль в жизни общества, и поэтому логично предполагать, что указание на нее закрепились в топонимии. При этом в силу важности дорог информация о них получала широкое распространение, что способствовало устойчивости топонимов, привязанных к местам прохождения дорог, передаче их из поколения в поколение и от народа к народу. В процессе долгой жизни названия, конечно же, подвергались значительным языковым изменениям, и для расшифровки их необходим зачастую развернутый этимологический анализ1.

В арсенале топонимии, прежде всего, лексика, связанная с обозначением понятия “дорога”. Это слова разного статуса, разного времени и языковых корней. К примеру, в русском Заонежье неоднократно отразился топоним Переходы, маркирующий лесные тропы, проходившие через леса и болота. Таковы местечко Переходы у тропы, ведущей из д. Шоглово в д. Пургино через Шогловское болото; Переходы между двумя болотами на пути из дер. Вигово к берегу Онежского озера; урочище Переходы в центральном Заонежье между деревнями Поля и Холмы по лесной тропе, позволяющей значительно сократить путь; поляна Переходы на юг от Пегремы, в месте, где начинался сухопутный участок пути к деревне напрямик через лес. Мотив называния хорошо ощущается информаторами, что можно рассматривать как свидетельство использования данных троп вплоть до недавнего прошлого. Более долгая история стоит за топонимом Лющик, зафиксированном в окрестностях д. Никитинская (Вырозерский сельсовет). Истоки топонима неизвестны жителям. Между тем, в его основе лежит старая новгородская лексема лющик, людчик (дорога). Поскольку топонимы живут долго, в них обычно закрепление лексем, относящихся к минувшим векам, а также к языкам, уже исчезнувшим из активного употребления на искомой территории.

Наглядным примером отражения в топонимии Заонежья указания на древнюю, еще саамского времени дорогу, являются названия островов Кайнос и Ваблок, расположенных рядом, в самом узком месте Заонежской губы. Уместно предполагать, что именно здесь, мимо острова Кайнос проходил путь с Толвуйского берега на Челмужский, на что и указывает топоним. Он может быть возведен к саамской лексеме gFid’no “дорога”, восходящей к болеe раннему фонетическому варианту *kєjnф2.

Память о существовании этого пути хранит, видимо, и название расположенного рядом с Кайносом острова Ваблок, или Вавлок (из саам. vavl, faw’le “путь, фарватер”). Мотивом же называния послужило, очевидно, то обстоятельство, что Ваблок является центральным в группе трех островов (Кайнос, Ваблок, Мегостров), протянувшейся вдоль Заонежского залива между Толвуйским и Челмужским берегами более, чем на 4 км. При этом между Ваблоком и Кайносом тянется отмель, так что единственный возможный фарватер находился между островами Ваблок и Мегостровом. Это обстоятельство и отразилось в названиях острова.

Саамскую основу кайн(о)- можно предполагать еще в одном толвуйском топониме. Это зафиксированный источниками XVI–XVII веков мыс Каин наволок (д. на Каине наволоке, на Кане наволоке, на Канненаволоке, на Кан наволоке3), на котором расположена деревня Кривоноговская. Мотивом для называния могло послужить то обстоятельство, что отсюда был самый короткий водный путь до Палеострова – чуть более 2 км.

Не исключено, что в один ряд с упомянутыми топонимами входит и название островка Канестров или Каняостров (в архивных материалах XIX века Кайнеострова) напротив Сенной Губы.

Топонимы указывают на то, что в освоении Cевера важнейшее значение имели волоки, соединявшие водные маршруты между собой. В топонимах разного времени, с разными языковыми истоками закрепилось как раз указание на те места, где располагались волоки.

Древние волоки маркируются топонимами с элементом matka. В современных прибалтийско-финских языках слово matka “путь, дорога, рассстояние”. Однако первоначально им обозначался не любой путь, но путь посуху, между двумя водными отрезками. Это значение сохранило соответствующее саамское слово: muotka “перешеек, волок между двумя озерами или реками; путь, по которому обносится бурный порог”4. Топонимия Карелии свидетельствует о том, что это значение было некогда присуще и прибалтийско-финской лексеме. “Матки” использовались для того, чтобы сокращать путь. Чтобы не огибать длинный мыс, его пересекали посуху. Лодки могли перетаскивать или пересаживаться на другом берегу мыса в другую лодку. Это наглядно демонстрируют два урочища на полуострове Клим в Заонежье, в название которых входит элемент “матка”: Рудаматка расположена в основании узкого и длинного полуострова Клим, а Лебежья Матка – в самом узком месте протянувшегося на 7 км полуострова (рис. 1). Перешеек и сейчас используется рыбаками для перетаскивания лодок с одного берега полуострова на другой.

Русская топонимия Заонежья использовала для называния аналогичных мест основу “волок”, которая воплотилась, к примеру, в названии Волочок в Толвуе. При этом в нашей картотеке есть информация о следах канавы в этом урочище. Это русское название могло появиться самостоятельно, но оно может быть и переводом прибалтийско-финского оригинального *Матка. Толвуя – это старинный центр погоста с относительно ранним русским населением. Полуостров же Клим с его “матками” – окраинная территория, где лучше сохранялись традиционные модели называния.

Картографирование топонимов с элементом matka позволяет реконструировать целый ряд древних дорог, как имеющих локальное значение, так и принципиально важных для освоения севера транзитных путей. Один из них, маркированный более, чем 10 топонимами на -матка (в том числе Матка, Региматка, Вижематка, Лобская Матка и др.) пересекал с запада на восток Заонежский полуостров, его многочисленные заливы или губы. “Матки” помечали сухопутные перешейки между водными участками пути. Этот древний водно-волоковой путь известен старожилам Заонежья и сейчас под названием Олонецкий Зимник.

В Беломорье и восточном Обонежье для называния волоков использовалось другая модель, в основе которой древнее финно-угорское слово *ухт- со значением “сухопутная дорога, волок”. Эта территория испытала меньшее прибалтийско-финское воздействие, поэтому на ней лучше сохранилась древняя топонимия.

Наша картотека топонимов по Водлозеру содержит по крайней мере три названия с этим элементом: залив Ухтинжа в основании мыса Куганаволок, залив Утялахта (< *Ухтялахта), омывающий остров Канзанаволок в самом узкой его части, а также узкий длинный мыс Ухтянаволок у северного побережья Водлозера. Все три названных объекта располагаются в местах, наиболее удобных для преодоления сухопутного перешейка между водными участками. Они маркируют местные, локальные пути, игравшие некогда существенную роль в жизни местного населения.

Такая же сухопутная дорога маркируется названием залива Ухта в основании обширного мыса на южном берегу Белого моря.

Название реки Ухта и озеро Ухтозеро в бассейне реки Илексы в северном Водлозерье связано с тем, что русло реки Илексы описывает многокилометровую дугу, изобилующую к тому же порогами. Поэтому кажется естественным использование водно-волокового пути по притоку Илексы Ухте вверх до Ухтозера, за которым следует километровой длины волок. За волоком располагается ручей со знаковым названием Петручей. В нем скрывается древнее саамское слово pedd “зад, задний”, иначе говоря, задний ручей, расположенный за волоком (рис. 2). В последнем примере топонимы доносят до нас информацию о древней дороге, возникшей, судя по данным исторической фонетики, около тысячи лет назад.

Лексема сохранилось в качестве живого слова лишь в угорских языках (хантыйское ухгт “перешеек между двумя реками, по которому перетаскивают лодки”), однако вряд ли этимология должна замыкаться исключительно на угорских данных. Ареал гидронимов с основой ухта – это обширная территория с современным или бывшим финно-угорским населением. Он тянется от Урала на запад до Финляндии. Топооснова известна, судя по работам исследователей, в коми, а также в бассейнах рек, с одной стороны Беломорского бассейна (Северной Двины и Онеги), с другой, Верхневолжья, иначе говоря, в ареале былого распространения севернофинских языков. Основа присутствует в Карелии и на Кольском полуострове. Ареальная характеристика наряду с анализом фонетического облика топооснов позволяет реконструировать древнюю финно-угорскую основу *ukta, которая сохранилась в хантыйском, из других же финно-угорских языков была со временем вытеснена. В саамском и прибалтийско-финских языках на смену ей пришли лексемы matka и taipale.

Таким образом, для реконструкции древней дорожной сети и ее участков можно воспользоваться таким свойством топонимии как закрепление в ней древних лексем (слов) из языков тех, кто на разных исторических этапах населял территорию Карелии.

В распоряжении исследователей есть и другой источник реконструкции маршрутов древних дорог. Это ареалы топонимных моделей, которые сформировались вдоль древних дорог.

Транзитная дорога из Приладожья через Свирь и Онежское озеро в Беломорье маркируется топоосновой острец / остреч “окунь”, представленной в наименованиях многочисленных рек и озер: реки Остречина, Остречка, Острецкий ручей, озера Острецкое, Остречье и т.д.5 Это древнее новгородское слово было продуктивно в период активного освоения севера выходцами из Новгорода. Со временем, однако, слово было утрачено, что привело и к исчезновению модели называния. Поэтому в районах более позднего русского заселения она не присутствует. При этом важно, что ареал, связанный с новгородским освоением Cевера, накладывается на ареалы топонимов с прибалтийско-финскими корнями, маркированный, к тому же, гидронимами с элементом matka, из которых наиболее показательно название озера Маткозера вдоль Беломоро-Балтийского канала. До прорытия канала оно было первым в системе озер, примыкавших с севера к Масельге (карельское moaselgд “водораздел”), разделявшей системы Онежского озера и Выгозера. Наложение “дорожной” топонимии с разными этноязыковыми истоками указывает на то, что дорога использовалась на разных этапах освоения Беломорья. Это был наиболее удобный, проверенный опытом многих поколений маршрут. Новые коллективы использовали пути, проложенные их предшественниками.

Топонимические данные позволяют наметить и другой путь, связывавший Обонежье с Беломорьем. Он шел из Заонежья через Челмужскую округу на Верхний Выг и далее через Суму на Белое море. Он подтверждается ареалом ойконимов (наименований населенных мест) с концовкой -ицы/-ичи (Кургеницы, Типиницы, Паяницы, Кефтеницы, Пахиничи в Заонежье, Тайгиницы, Пижиничи, Койкиницы в Выгозерье). В Заонежье модель проникла из Присвирья, где находится ее основное ядро. О древности модели говорит то, что перечисленные топонимы упоминаются уже в самых ранних из известных исторических документов по Заонежью (XV в.). В Присвирье ойконимы этого типа попали в источник XIII в. – самый ранний из известных для этой территории.

Водно-волоковой путь начинался в Важинах на Свири и шел через устья Шуи и Суны и далее через многочисленные “губы” Заонежского полуострова уходил на Выг. Топонимы на -ичи прилегают к этому пути, во-первых, на участке из Присвирья в Заонежье, во-вторых, на водоразделе между Онежским озером и Выгозером, где их распространение маркирует путь между средневековыми Челмужским и Выгозерским погостами и позволяет реконструировать один из важных участков на пути из Обонежья в Беломорье через Челмужи, реку Немину, с которой выходили на Выг выше серии порогов в районе современного поселения Шелтопорог, и далее вдоль Выга на Выгозеро. Данная модель была сопряжена с сельскохозяйственным освоением территории. Понятно поэтому, почему ее нет севернее Выгозера: Беломорье осваивалось не как аграрная территория, а, прежде всего, как промысловая.

Важно при этом, учитывать, что за русской по форме ойконимной моделью скрывается прибалтийско-финский оригинал, просматривающийся в основах названий, не имеющих русской этимологии, зато прозрачных с позиций прибалтийско-финских языков: Койкиницы – ср. зафиксированный в средневековых источниках финский, а также карельский антропоним Koikka прозвищного характера, восходящий, по-видимому, к апеллятиву koikka “длинноногий и сгорбленный (о человеке и животном)”6. Предшествующее исследование показало, что на Cевере ойконимы на -ицы/-ичи представляют собой результат хронологически ранней адаптации прибалтийско-финских оригиналов, оформлявшихся суффиксом -la с локативной семантикой11: Койкиницы < *Koikkala “место жительства человека по прозвищу Койкка”.

Эта реконструкция, в свою очередь, свидетельствует о том, что ойконимы на -ицы/-ичи отражают, с одной стороны, прибалтийско-финское (возможно, вепсское), с другой – русское продвижение из Обонежья в Беломорье.

Представленный маршрут подтверждается и рядом других топонимов с саамскими, прибалтийско-финскими и русскими истоками, говорящими об использовании его различными этноязыковыми коллективами на протяжении долгой истории колонизации севера. Среди последних названия расположенных на водоразделе Выга и Сумы урочища Тайбола (карел. taibale “путь (сухопутный)”, реки Нела и озера Нелозеро из более ранних *Мела и *Мелозеро, восходящих, очевидно, к вепсскому mela “весло”. В вепсской топонимии эта модель использовалась для наименования рек и озер, расположенных в верховьях водного пути; начиная с них, можно было продвигаться по воде на веслах. Косвенным образом на древний путь указывает название озера Пулозеро, в котором скрывается идея “расположенный сбоку, в стороне (от магистральной водной дороги”: приб.-фин. puoli “край, бок, сторона”. Пулозеро располагается сбоку от озера Карасозеро, название которого допускает саамскую этимологию: саам. kares “узкий”.

Топонимию иногда образно называют языком земли. В случае с приведенными выше названиями она оправдывает такую характеристику: расшифровка топонимов позволяет реконструировать один из древних транзитных путей из Обонежья в Беломорье, сыгравший важную роль в освоении Cевера.

Примечания

1 Этимологические выкладки в основном оставлены за пределами данной статьи.

2 Lehtiranta J. Yhteissaamelainen ддnnehistoria. SUST 200. Helsinki, 1989. С. 48.

3 Витов М.В., Власова И.В. География сельского расселения Западного Поморья в XVI – XVIII вв. М., 1974. С. 36.

4 Suomen sanojen alkuperд. Etymologinen sanakirja 1-3. SKST 556. Helsinki, 1992–2000.

5 Муллонен И.И. Топонимия Присвирья: проблемы этноязыкового контактирования. Петрозаводск, 2002. С. 143–144.

6 Uusi suomalainen nimikirja. Keuruu, 1988.

7 Муллонен И.И. 1994 – Очерки вепсской топонимии. СПб., 1994.

Авторизация
Логин
Пароль
 
  •  Регистрация
  • 1999-2006 © Лаборатория фольклора ПГУ

    2006-2017 © Центр изучения традиционной культуры Европейского Севера

    Копирование и использование материалов сайта без согласия правообладателя - нарушение закона об авторском праве!

    © Дранникова Наталья Васильевна. Руководитель проекта

    © Меньшиков Андрей Александрович. Разработка и поддержка сайта

    © Меньшиков Сергей Александрович. Поддержка сайта

    Контакты:
    Россия, г. Архангельск,
    ул.  Смольный Буян, д. 7 
    (7-й учебный корпус САФУ),
    аудит. 203
    "Центр изучения традиционной культуры Европейского  Севера"
    (Лаборатория фольклора).  folk@narfu.ru

    E-mail:n.drannikova@narfu.ru

    Сайт размещен в сети при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований. Проекты № 99-07-90332 и № 01-07-90228
    и Гранта Президента Российской Федерации для поддержки творческих проектов общенационального значения в области культуры и искусства.
    Руководитель проектов
    Н.В. Дранникова

     

    Rambler's Top100

    Наши партнеры:

    Институт мировой литературы РАН им. А.М. Горького

    Отдел устного народно-поэтического творчества
    Института русской литературы
    (Пушкинский дом) РАН

    Московский государственный университет имени М.В.Ломоносова

    UNIVERSITY OF TROMSØ (НОРВЕГИЯ)

    Познаньский университет имени Адама Мицкевича (Польша)

    Центр фольклорных исследований Сыктывкарского государственного университета

    Центр гуманитарных проблем Баренц Региона
    Кольского научного центра РАН

    Институт языка, литературы и истории КарНЦ РАН

    Удмуртский институт истории, языка и литературы УрО РАН

    Государственный историко-архитектурный и этнографический музей-заповедник КИЖИ

    Министерство образования, науки и культуры Арханельской области

    Архангельская областная научная библиотека им. Н.А. Добролюбова

    Отдел по культуре, искусству и туризму администрации МО
    " Пинежский муниципальный район "

    Институт математических и компьютерных наук Северного (Арктического) федерального университета имени М.В. Ломоносова

    Литовский эдукологический университет