Центр изучения традиционной культуры Европейского Севера
СЕВЕРНЫЙ (АРКТИЧЕСКИЙ) ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени М.В. Ломоносова
ГЛАВНАЯ НАУЧНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КООРДИНАЦИЯ ЭКСПЕДИЦИЙ
2008-2011 (Русский Север)

ПУБЛИКАЦИИ

УЧЕБНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Расписание занятий

  Очное отделение   Заочное отделение

  Магистратура

  Аспирантура

ПРОЕКТЫ

ТОПОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ АРХИВА

ФОЛЬКЛОР В СЕТИ ИНТЕРНЕТ

ПУБЛИКАЦИИ / Народная культура Русского Севера. Живая традиция: Материалы республиканской школы-семинара (10 – 13 ноября 1998 г.). Вып. 2 / Отв. ред. Н.В. Дранникова, Ю.А. Новиков. – Архангельск: Изд-во Поморского государственного университета, 2000. – 136 с.

« вернуться к содержанию

Кулагина А.В. Тема любви в городских песнях

Городские любовные песни получили широкое распространение во второй половине XVIII в. Т.М.Акимова, анализируя «Собрание разных песен» М.Д.Чулкова (1770 – 1774 гг.), обратила внимание на то, что «из напечатанных примерно 800 текстов половину составляют песни литературные и все они любовной тематики. Содержание же народных песен, составляющих другую половину сборника, очень разнообразно»[i]. Характеризуя литературные песни, Т.М.Акимова отметила их однообразие как по содержанию (чувства героев, причины страданий), так и по поэтической структуре. И вместе с тем открытое изображение интимного мира героев (любовное чувство, вызванные им ревность или отчаяние вследствие неразделенной страсти, надежда или прямой призыв, радость и страдания), как отмечает Т.М.Акимова, не могло в какой-то мере не захватить народных певцов. Было отмечено также слабо выраженное субъективно-личное начало в этих песнях, еще большая обобщенность, нежели в фольклоре, отсутствие портретных черт, описаний природы, социальности и иных признаков бытовой среды и внешнего мира. Поток чувств, по наблюдениям Т.М.Акимовой, рисовался абстрактно: любовь – «пламя», «огонь», «жар» или «плен», «неволя», «зараза»; страстные герои характеризовались эмоциональным отношением друг к другу, притом в самом общем плане: «милый тиран», «хищник вольности моей», «льстец неверный» и т.д. Песни Сумарокова (как и других поэтов XVIII в.), распространялись не в печати, а в устном бытовании среди молодежи. Об этом свидетельствуют многие мемуаристы. В сборнике Чулкова было помещено много песен Сумарокова и др., причем анонимно. Подобные песни постепенно внедрялись сначала в городской репертуар, а потом в деревенский.

Наша цель – на материале записей второй половины ХХ в. из архивов МГУ и ЛГУ, сделанных преимущественно на Русском Севере, проследить, какие изменения произошли в литературных (городских) песнях спустя два века после их первой публикации в сборнике Чулкова. Для анализа возьмем песни из рукописного сборника «Городские песни, баллады, романсы» (Сост. А.В.Кулагина и Ф.М.Селиванов, в печати) и из сборника «Современная баллада и жестокий романс» (Сост. С.Адоньева и Н.Герасимова)[ii].

Прежде всего, отметим, что здесь уже иногда присутствуют описания природы, хотя и довольно сжатые: «Вечор поздно из лесочку я коров домой гнала и спустилась к ручеёчку близ зеленого лужка…» (КС, № 65 ); «Я вечор в лужках гуляла» (КС, № 61); «Вечерний закат золотится, зорька алеет вдали» (КС, № 89) и др. Появились (хотя редко) и социальные характеристики: «С вечера была крестьянка, а наутро – госпожа» (КС, № 85). Встречаются (правда, в единичных случаях) даже развернутые портреты: влюбленного красавца (КС, № 67) или красавицы (КС, № 68). Чаще всего в портрете выделяются глаза и волосы (в этом сходство с частушкой). Одежда героев городских песен рисуется отдельными деталями: «лента алая», «красная рубашка», «синие штаны», «бело платье», «желты туфли».

Если в традиционной лирике любовные чувства обычно выражаются при помощи символики, то городские песни такой иносказательности лишены. Сравним ситуацию «молодец высматривает девушку».

В традиционной песне:

Белая лебедушка высоко летит,

Ясный-то соколушко повыше ее,

Повыше летит, высматривает,

Повыше летит, приглядывает. (Выходцев, № 255)[iii]

В городской песне:

В хороводах и кругах – всюду милый мой,

Не сводил с меня очей, любовался мной. (АГ, № 13)

О поцелуях и объятиях в традиционной лирике обычно прямо не говорится, целуются-милуются голубки; соколы заставляют молодца петь, чтобы девица его целовала; девушке снится сон, в котором милый жмет ее руки белые и целует уста сахарные. В городских песнях все происходит без иносказаний: «Красна девка подбежала и целует молодца» или «Он придет, он прильнет к моей белой груди и не будет конца поцелуям».

В традиционной лирике чувства молодца раскрываются в символических действиях: он пускает стрелу и просит ее упасть во двор ко вдовушке, у которой «хороша дочь Палагеюшка» (Выходцев, № 327). В городских же песнях влюбленный объясняется без символических обиняков: «Твоя краса меня прельстила, сейчас мне цельный свет постыл, скажи, зачем приворожила…». Таким же образом поступает и девушка: «Ничего мне на свете не надо, только видеть тебя, милый мой, только видеть тебя бесконечно, любоваться твоей красотой…»

Правда, иногда в городских песнях можно наблюдать влияние традиционной лирики (использование метафор, метонимий): «Ах, очи, очи голубые, вы сокрушили молодца». Любовь в городских песнях чаще всего характеризуется ключевым словом: «Шел он рядом, про любовь все говорил»; «Нас связала крепкая любовь»; «Полюбить я его полюбила, приласкать я его не могу». Есть ряд песен (и довольно больших по объему), целиком или почти целиком описывающих развитие этого чувства: «Летней порою бывало» (АГ, № 243), «В распрекрасную погоду» (АГ, № 245), «Пришла весна в свои края» (АГ, № 246), «Вьется вдаль тропа лесная» (АГ, № 248). См. также АГ, № 64, 74, 244, 249. Песня «Спрятался месяц за тучку» (КС, № 101) построена на диалоге любящих.

В сборнике Адоньевой–Герасимовой даются морфологические таблицы с двадцатью шестью функционально значимыми мотивно-тематическими единицами, которые определяют устройство текста. На двадцать шестом месте стоит любовь (наряду с изменой, насильным замужеством, убийством, смертью и т.д.), но в чистом виде эта единица встречается в немногих текстах, а обычно соединяется с изменой, убийством и др. Это не случайно, так как составители отбирали для публикации баллады и близкие к ним жестокие романсы. Поэтому собственно любовные песни (без жестоких страданий и самоубийств) почти не вошли в их сборник, и мы опирались в своих наблюдениях в основном на сборник «Городские песни, баллады, романсы».

Давая перечень двадцати шести мотивно-тематических единиц, Адоньева и Герасимова сделали оговорку, что это неполный перечень (ограниченный составом их сборника). Заметим также, что он неполон и по внутреннему наполнению этих единиц. Они представляют собой как бы молекулы, которые могут быть разделены и на атомы. Так, ХХVI единица «Любовь» может быть поделена (с учетом и нашего сборника, номера из него даются без отсылок к составителям) на ряд составляющих:

Любовь

1. Безответная любовь:

а) парня (№ 85, 209, 111, 122),

б) девушки (№ 86, 92, 113, 114, 121).

2. Просьба ответить на чувство (№ 87, 94, 125).

3. Просьба не забыть (№ 66).

4. Любовь в разлуке, надежда на встречу:

а) парня (№ 126),

б) девушки (№ 88, 93, АГ № 159).

5. Свидание любящих (№ 88, 90).

6. Взаимная любовь (№ 84, 91, 124).

7. Предсказание цыганки:

а) милый разлюбит (№ 98),

б) полюбит (№ 102).

8. Уверенность в сохранении любви до гроба (№ 99, 100).

9. Обещание не разлюбить (№ 103, 108).

10. Сомнения девушки в любимом (№ 108).

11. Страдания любящих из-за ссоры (№ 112).

12. Ревность:

а) девушки (№ 110, 115, 117, 120),

б) парня (№ 116).

13. Отказ выйти замуж за нелюбимого (№ 117).

14. Невозможность забыть милого (№ 117, 123).

15. Девушка просит милого или взять замуж или убить (№ 119).

16. Возвращение чувства (№ 127).

17. Женитьба на любимой (№ 128, 129).

18. Женатый встречает свою прежнюю любимую (№ 130).

19. Воспоминания о любви (№ 95).

Подавляющее большинство городских песен повествует о несчастной любви, измене, разлуке. Стереотипными, ставшими постоянными для многих вариантов песен характеристиками обольстителя, покинувшего девушку, являются такие, как «злодей», «злой изменник», «изменщик коварный», «злодей коварный», «неверный», «губитель-разоритель», «негодяй», «неверный», «чужой», «неизвестный». Мужчины именуются «коварными сердцами», у них таится «что-то злое на сердце», обольститель «топчет ногами» невинную душу девушки. Себя героиня песен о несчастной любви называет «бедной» или «наивной» девчонкой. Покинутая милым, она становится «словно тень», ходит «что сонная», «худа, истомлена стала». Ее душевное состояние раскрывается во внешних проявлениях: «Бедная девушка, горем убитая, плачет, рыдает, грустит», «Глаза твои заплаканы, расплетена коса». У девушки «от разлуки сердце стонет», она испытывает «жестокое страдание», у нее «ноет сердце, ноет грудь». Она упрекает мучителя: «Ты вынул у мя сердце и выпил мою кровь».

Диапазон страданий покинутой девушки обширен: от просьбы не шить розовое платье, а сшить черное; высказываний о том, что «навеки разбита жизнь молодая, нет счастья, нет воли, нет больше уж сил», и упреков: «Сорвал он, как с розы, цветочек, ой, сорвал да стоптал под ногой» до обращений к лютым зверям с просьбой вырвать ее сердце и отнести милому, чтобы он ужаснулся, или желания утопиться (пронзить себе сердце ножом, выпить яду) с описанием воображаемой смерти: плывущим телом утопленницы с алой ленточкой в косе.

Отвергнутый милый более сдержан в своих чувствах: сожалеет, что «несчастным родился», и упрекает девушку, называя ее «изменщицей». В некоторых песнях он тоже думает о самоубийстве.

Несчастная любовь

1. Милый изменяет с другой (АГ, № 1, 5, 6, 9, 10, 13, 14; 20, 127, 129, с подругой – 15).

2. Милая изменяет с другим (АГ, № 37 – 39).

3. Милый покидает девушку (АГ, № 125, 128, 130 – 134, 136, 137).

4. Милый соблазняет и бросает девушку (АГ, № 6 – 8, 11, 12, 17 – 19, 21, 31, 142 – 144).

5. Милый бросает девушку с ребенком (АГ, № 22 – 25, 27, 122; КС № 343, 346).

6. Брошенная девушка страдает (АГ, № 124, 147 – 152, 154, 158; КС № 308, 310, 316, 322, 323 – 329, 331 – 337, 339, 341, 344, 345).

7. Оставленный парень страдает (АГ, № 153; КС, № 304 – 306, 309, 311 – 314, 321, 338, 342, 347, 349).

8. Милый в разлуке думает о могиле (АГ, № 126).

9. Необходимость расстаться (АГ, № 146).

10. Разлука навсегда (АГ, № 121, 122, 141, 145).

11. Парень (или девушка) страдают в одиночестве и тоске по ушедшей любви (КС, № 315, 330, 340, 350).

12. Милый женится на другой (АГ, № 24 – 27).

13. Милую отдают за другого (АГ, № 138 – 140).

14. Милый (милая) умирает (АГ, № 120).

15. Девушка приходит на могилу к покойному милому, и голос из могилы прогоняет ее (АГ, № 155 – 157).

Приведенные указатели являются далеко не полным перечнем ситуаций, связанных со счастливой и несчастной любовью. И вместе с тем можно видеть, что основное изменение, которое произошло с любовными городскими песнями ХХ в. по сравнению с песнями XVIII в., – расширение содержательно-тематического плана. Изменения, которые произошли в структуре городских песен, представляют несомненный интерес для дальнейших исследований.

ПРИМЕЧАНИЯ


© Кулагина А.В., 2000


[i] Акимова Т.М. Изображение психологического состояния в народной лирической песне //Современные проблемы фольклора. – Вологда, 1971. – С. 113. (Далее: КС).

[ii] Современная баллада и жестокий романс /Сост. С.Адоньева и Н.Герасимова. – СПб., 1996. (Далее: АГ).

[iii] Лирические песни //Сост., предисл., подг. текстов и прим. П.С.Выходцева. – М., 1990. (Далее: Выходцев).

Авторизация
Логин
Пароль
 
  •  Регистрация
  • 1999-2006 © Лаборатория фольклора ПГУ

    2006-2017 © Центр изучения традиционной культуры Европейского Севера

    Копирование и использование материалов сайта без согласия правообладателя - нарушение закона об авторском праве!

    © Дранникова Наталья Васильевна. Руководитель проекта

    © Меньшиков Андрей Александрович. Разработка и поддержка сайта

    © Меньшиков Сергей Александрович. Поддержка сайта

    Контакты:
    Россия, г. Архангельск,
    ул.  Смольный Буян, д. 7 
    (7-й учебный корпус САФУ),
    аудит. 203
    "Центр изучения традиционной культуры Европейского  Севера"
    (Лаборатория фольклора).  folk@narfu.ru

    E-mail:n.drannikova@narfu.ru

    Сайт размещен в сети при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований. Проекты № 99-07-90332 и № 01-07-90228
    и Гранта Президента Российской Федерации для поддержки творческих проектов общенационального значения в области культуры и искусства.
    Руководитель проектов
    Н.В. Дранникова

     

    Rambler's Top100

    Наши партнеры:

    Институт мировой литературы РАН им. А.М. Горького

    Отдел устного народно-поэтического творчества
    Института русской литературы
    (Пушкинский дом) РАН

    Московский государственный университет имени М.В.Ломоносова

    UNIVERSITY OF TROMSØ (НОРВЕГИЯ)

    Познаньский университет имени Адама Мицкевича (Польша)

    Центр фольклорных исследований Сыктывкарского государственного университета

    Центр гуманитарных проблем Баренц Региона
    Кольского научного центра РАН

    Институт языка, литературы и истории КарНЦ РАН

    Удмуртский институт истории, языка и литературы УрО РАН

    Государственный историко-архитектурный и этнографический музей-заповедник КИЖИ

    Министерство образования, науки и культуры Арханельской области

    Архангельская областная научная библиотека им. Н.А. Добролюбова

    Отдел по культуре, искусству и туризму администрации МО
    " Пинежский муниципальный район "

    Институт математических и компьютерных наук Северного (Арктического) федерального университета имени М.В. Ломоносова

    Литовский эдукологический университет